Алаир. Ландшафтный дизайн. Ландшафтная архитектура Алаир. Ландшафтный дизайн. Ландшафтная архитектура
Алаир. Ландшафтный дизайн. Ландшафтная архитектура Алаир. Ландшафтный дизайн. Ландшафтная архитектура Алаир. Ландшафтный дизайн. Ландшафтная архитектура
 
26 сентября 2021 года, 13 часов 21 минута Алаир. Ландшафтный дизайн. Ландшафтная архитектура
Алаир. Ландшафтный дизайн. Ландшафтная архитектура
Ролик АРХИЛЕНД
Алаир. Ландшафтный дизайн. Ландшафтная архитектура
РОЛЬ АРХИТЕКТУРНОГО ОБЪЕКТА В ФОРМИРОВАНИИ ГОРОДСКОГО ПРИРЕЧНОГО ПРОСТРАНСТВА
Алаир. Ландшафтный дизайн. Ландшафтная архитектура

Е. В. Гуськова - Нижегородский государственный архитектурно-строительный университет

 

 

Приречные пространства имеют большую протяженность и высокую значимость для городов и в масштабе города представляют собой линейную структуру и большой (во многих городах еще не используемый) территориальный потенциал. Набережная вдоль правого берега Днепра в Днепропетровске имеет длину более 23 км, что делает ее самой протяженной набережной в Европе, Волгоград имеет протяженность вдоль реки Волга 90 км.

Как и любое пространственное образование прибрежные территории обладают длиной и глубиной, а также имеют различные фронтальные характеристики. Если рассмотреть береговые пространства фрагментированными участками, мы заметим, что разным участкам характерно различное состояние и функциональное использование, различные пространственные характеристики, различные природные составляющие, характер и уровень антропогенного вмешательства. На это в первую очередь оказывает влияние масштаб города, плотность населения, ширина приречного пространства, выраженность рельефа и др. Например, Верхне-Волжская набережная в г. Нижнем Новгороде расположена на высоком берегу реки Волг. Это активно функционирующая пешеходная часть, несмотря на то что она слабо организована для комфорта пешеходов (отсутствие скамей, выразительного композиционного оформления на всем протяжении набережной). Это просто транзитно-прогулочная зона, большое преимущество которой представляет раскрывающийся вид на пойменные территории реки Волги и, конечно же, пешеходная доступность (она берет свое начало от центральной площади города – площади Минина, от которой берет свое начало главная пешеходная улица Б.Покровская). Под Верхне-Волжской набережной есть зона, располагающаяся непосредственно вдоль самой кромки реки, берущая свое начало также в центральной части города. Она пользуется наименьшей популярностью у отдыхающих жителей и гостей города. Вдоль неё проходит автомобильная дорога, наличие пары лестниц, связывающих её с Верхне-Волжской набережной (Чкаловская лестница в середине Верхне-Волжской набережной) и спусков не приводят того потока посетителей, что на Верхне-Волжскую набережную. Территория Гребного канала, где периодически проводятся соревнования, и зона пляжа не обустроены для отдыхающих. Парк 50-летия победы, расположенный через дорогу от Гребного канала представляет собой заброшенную пустующую территорию, сохранившую классическую нарезку пешеходных тропинок. Ту же ситуацию мы увидим на пространствах берегов реки Оки. Крутой склон отрезает приречные территории от жилых кварталов, а непосредственно территория самого парка Швейцария, имеющая удобные и доступные пешеходные связи, цепочку аттракционов и мест отдыха, активно используется. Но, обратив внимание на противоположный берег реки Оки, мы поймём, что дело не в склоне. Равнинная территория противоположного берега также носит пустующий и неиспользуемый характер, несмотря на отсутствие рельефных препятствий. Возникает вопрос: что же мешает людям использовать эти пространства?

В 2002 году при поддержке Германского Федерального фонда культуры была начата программа «Shrinkingcities» – «Убывающие города», предложенная берлинским архитектором Филиппом Освальдом. Одним из средств борьбы с феноменом убывания городов была выделена попытка создания нового «имиджа» по средствам «привлечения в город «знаковых» архитектурных проектов»» (например, таких, как музей Гугенхейма в Бильбао). Было отмечено, что «такие здания, действительно, хорошо справляются с ролью туристических магнитов…» [1]. Таким образом, отметим значение «знаковой архитектуры» в роли притягивающего объекта, стимулирующего социальный интерес.

В границах города можно выделить три вида «отрезающих» приречных пространств: пустующие, транзитные (отданные под автомагистрали) и промышленные. Каждое из них отделяет реку от городской ткани, не допуская её полноценного использования. Пустующие приречные территории города не имеют ни планировочной, ни композиционной структуры, ни формирующих пространство элементов, ни притягивающих объектов. Это вакуумные пространства. Транзитные также не имеют структуры, связывающей город и реку, не имеют «знаков», идентифицирующих пространство. Соответственно, такие территории не привлекательны ни для жителей, ни для туристов города, ни для территории в целом, они не формируют пространственную структуру и отрицательно сказываются на восприятии города с акватории. В данной ситуации наиболее выигрышными являются территории фабрик или заводов, обладающие историей места. Волна возобновления функционирования заброшенных территорий бывших фабрик и заводов, грузовых портов, начавшаяся по всему миру в конце XXвека, приводит к преобразованию данных территорий под общественную, рекреационную и жилую функции.

Иногда в качестве темпорального магнита притяжения может выступать «знаковое действие». В Нижнем Новгороде таким «действием» был праздник, организованный в 2005 году на территории гребного канала, который привлек большое количество людей наличием аттракционов, концертной программы и др. В Барселоне «знаковым» является грамотно созданное пространство. Центральный бульвар La Ramblaвыходит на акваторию и старый порт города. Последний фрагмент Rambla de mar, созданный в начале 1990-х годов, представляет собой деревянный пешеходный мост, который формирует большую досуговую территорию, где можно побродить, поговорить, увидеть город с воды. Это активное рекреационное и коммерческое пространство с музеем, барами, ресторанами, кинотеатрами.

Соответственно, масштаб «знакового» объекта должен соответствовать масштабу занимаемого и формируемого им пространства, это могут быть как архитектурные объекты «знаковой» архитектуры, так и скульптурные формы. И, конечно же, береговая линия не может состоять лишь из одних «знаковых» объектов, что приведет к монотонности пространства.

Наличие определенных архитектурно-градостроительных доминант береговых пространств использовалось ещё в древнем градостроительстве. В Вавилоне все значимые сооружения (3 дворца Навуходоносора: летний, южный и северный, форт, зиккурат и храм Мардука) располагались на берегу реки Евфрат. В русском градостроительстве ранее точками фиксации и притяжения были монастыри и храмы (в Москве – Новоспасский монастырь, храм Христа Спасителя, Новодевичий; в Нижнем Новгороде – Печорский монастырь, Благовещенский монастырь, собор Александра Невского). Затем стали возникать новые производственные предприятия, объекты науки, культуры, просвещения. Происходило наращивание функций.

Согласно исследованиям специалистов по вертикальной композиции приречных городов, отмечено, что глаз фиксирует внимание в пределах продольного участка берегового фронта протяженностью 1-2 км. Таким образом, особенностью восприятия является вычленение на каждом уровне организации пространства определенных элементов, число которых должно быть ограничено. По правилу Миллера, человек может одновременно держать в поле зрения и оперировать числом элементов 7 ± 2 [2].

Раньше точками фиксации приречных пространств были храмовые комплексы и монастыри. Сегодня это бизнес-сити, «знаковая» архитектура и здания, выполняющие культурную функцию. Наглядными примерами могут служить следующие культурные объекты: здание оперы в г. Осло (арх. бюро Снохетта, 2008 г.), королевская библиотека в Копенгагене (арх. бюро SHL, 1999 г.), музей Гугенхейма в Бильбао (арх. Ф. Гери, 1997 г.).

«Неотъемлемой частью делового и художественного значения и воздействия городских пространств является их оживление, их динамичность, биение пульса жизни, задаваемого человеком» [3]. Следует отметить, что для оживления территории и придания ей «жизнеобеспечивающих» свойств особое значение, кроме «знаковых» объектов, имеют доступность и благоустроенность. Строительство современных архитектурных объектов, выполняющих общественную функцию, сопровождается формированием социальной среды благоприятной для проведения досуга. Проследим подобную практику на обозначенных выше архитектурных примерах.

Из-за своего необычного архитектурного решения здание оперы в г. Осло называют театром-площадью, это первый пример в мировой практике, когда любой желающий может свободно прогуляться по крыше здания, имеющей плавный скат в сторону моря, и полюбоваться панорамами фьорда с макушки ската. Таким образом, здание оперы являет собой не просто художественный монумент, но новый фокус городской активности [4].

Пространство для отдыха людей создано около нового здания королевской библиотеки в Копенгагене. Открытое пространство с местами для сидения и парковки велосипедов, деревянным настилом, ступеньками спускающимся к акватории, позволяет провести здесь время, наслаждаясь видами и комфортом. Музей Гуггенхейма в Бильбао объединен парком с Дворцом конгрессов и музыки и музеем современного искусства. Эти социально значимые объекты вместе создают культурную зону на берегу реки Нервьон. Задача организации пространства была поднята на XII Mеждународной выставке архитектуры и дизайна АРХ МОСКВА. В рамках заявленной темы: «Городское пространство» – куратор выставки Барт Голдхоорн – призывал фокусироваться не только на архитектурном объекте, но и «на его неудачливом спутнике – городском пространстве».

Таким образом, размещение «знакового» архитектурного объекта и формирование комфортной городской среды в приречном пространстве позволяют решить такие важные архитектурные задачи, как функциональное насыщение и решение композиционной фиксации приречного пространства. Посредством создания пространств городской приречной активности, сформированных социально значимыми объектами, служащими центрами притяжения для городского населения, обеспечивается взаимосвязь городской ткани с рекой, организуется доступ жителей к водным пространствам, появляется возможность обеспечить контакт урбанизированного с природным пространством путем преодоления «отрезающих» пространств, функционального и визуального использования городских акваторий.

 

Литература

1. Ситар, С. Убывающие города: Пробуждение или смерть [Текст] / С. Ситар // Проект Россия. - 2007. - № 35. - С. 65-71.

2. Чудинова, Т.С. Формирование вертикальной композиции исторических центров приречных городов (на примере городов Поволжья) [Текст] : дис. ... канд. архитектуры : 18.00.01. – М., 1985.

3. Бархин, М.Г. Архитектура и человек [Текст] : Пробл. градостроительства будущего / М.Г. Бархин. - М.: Наука, 1979. - 239 с.

4. Павликова, А. Театр-площадь. Национальный оперный театр в Осло / А. Павликова// Архитектурный вестник. – 2008. - №4. [Электронный ресурс]: Режим доступа: http://archvestnik.ru/ru?2008/teatr-ploshchad-natsionalnyi-opernyi-teatr-v-oslo

Алаир. Ландшафтный дизайн. Ландшафтная архитектура



Rambler's Top100